Автор: Глеб Головченко, выпускник kmbs, участник бизнес-тура выпускников kmbs в Грузии, секретарь Национального союза журналистов Украины
1 октября 2011 года Президент Грузии Михаил Саакашливи встретился со 100 выпускниками kmbs в своей Резиденции в Тбилиси. Михаил Саакашвили поделился мыслями о европерспективах своей страны, влиянии стеклянных стен на работу чиновников, о перпективах Украины, о самых сокровенных желаниях, об исполнении которых попросил бы у золотой рыбки!
Встреча прошла в рамках бизнес-тура выпускников kmbs в Грузию.
Особенностью Администрации Президента Грузии является полный запрет на фотосъемку. Приемная – это последняя открытая точка для съемок. Фотографии хозяина кабинета с мировыми лидерами, звездами мирового шоу-бизнеса и мирового бизнеса, рабочие и шутливые моменты истории, грустный и задумчивый, дурашливый и ироничный, в костюме на мировом саммите и давящий виноград на родных просторах Кахетии, - именно таким запомнится Михаил Саакашвили потомкам.
Рабочий кабинет уютный и с претензией на изысканную аскетичность - белое кресло президента, белые кресла вокруг стола. Сразу становится понятно, что в трудную минуту это и штаб для принятия решений. Зона отдыха и переговоров на диванах: два больших белых дивана под огромным портретом Чавчавадзе – великого грузинского общественного деятеля. По бокам два флага: Грузии (бело-красный) и Евросоюза. Несмотря на то, что Грузия официально не член ЕС, флаг Европейского Союза практически во всех официальных органах, университетах и даже гостиницах. Европа здесь ощущается в каждом следующем шаге. Да, и первой страной по инвестициям являются Нидерланды.
Администрация Президента Грузии
Из еще запоминающегося в кабинете – два больших стеклянных макета: башня-памятник грузинскому языку и здание будущего Парламента в Кутаиси. Оба здания из стекла. И это тот стиль, который очень любит президент Саакашвили.
«Во время войны пришлось работать в здании МВД. И по вопросам безопасности, и для быстроты принятия решения. Так привык к стеклянному прозрачному кабинету, что, вернувшись к себе, еще раз понял, что совершил ошибку, сделав свой кабинет в традиционном стиле», - мечтательно с гордостью показал рукой вокруг президент.
Михаил Саакашвили организовал встречу в просторном залитом светом холле прямо под стеклянным куполом, по которому к флагу, реющему над зданием, идет винтовая лестница. А прямо под флагом стеклянная площадка, стоя на которой кажется, что ты паришь над Тбилиси. На стене в приемной - фотографии мировых знаменитостей, которые поражаются, впечатляются, стоя под стеклянным куполом. Самая симпатичная фотография - Шеррон Стоун, которую грузинский лидер удивлял, стоя на этой площадке. В этом холле все стены тоже стеклянные или правильнее сказать - окна от потолка до пола, и весь Тбилиси, как на ладони. Большое солнце медленно приближалось к закату, когда мы встретились с еврооптимистом и надеждой Грузии.
Обращение «Михаил Николаевич» президент отверг сразу: «Уж слишком официально! В Грузии простые люди называют меня «Миша». А еще знаю, что некоторые называют болваном, но и это им прощаю. Главное, чтобы люди не оставались равнодушны к тому, что ты делаешь. Пусть называют как угодно, но только говорят!».
Разговор был больше похож на монолог очень уверенного, уставшего, но счастливого человека. Он доволен результатами своего труда, и с радостью хочет поделиться его результатами – с тобой, с окружающими, со всем миром.
«Извините, что заставил ждать!», - хотя от расчетного времени главный грузин не задержался и на 15 минут! Он вошел через боковой вход, хотя никто бы не удивился, если бы спланировал прямо на купол и вошел бы сверху. В Грузии ходят легенды о его находчивости и неординарности поведения. Президент был в рубахе, дутой жилетке, джинсах и спортивных туфлях на ровной подошве. Было видно, что ему хотелось эффектно войти и произвести впечатдение. Он привык быть лидером, привык удивлять и эпатировать людей. Но сегодня, после напряженной сложной политической недели, после европейских саммитов, после очередных дискуссий, ему хотелось гордиться своими результатами, результатми своей страны и мы начали с историчности момента:
Первый вопрос президенту был о Саммите Восточного партнерства, который пройшел в Варшаве в переддень нашей встречи:
«Саммит был интересным в том смысле, что мы получили. Грузия по всем признакам получила дальнейшее сотрудничество в вопросах евроинтеграции. Саркози приезжает сюда уже 3-й раз. Необычно, но он хочет обратиться к народу здесь, в центре Тбилиси, и с такой знаковой речью начнет европейское будущее в этом регионе. И это может стать историческим поворотом. То, что пять-шесть месяцев тому назад никто не мог говорить о европейском будущем Грузии – это все поменялось. Сейчас мы - самые любимые дети у Европы.
Это не означает, что у нас не было споров. У нас были споры, в том числе на счет Беларуси. Я считаю, что в Беларуси большие проблемы. Но не разговаривать, а просто говорить о том, что их не надо никуда пускать - это ничего не даст. Если бы там не было больше игроков кроме Европы, было бы все проще. Но там есть еще один большой игрок! (авт.: делает загадочное лицо, и как бы в воздухе ставит кавычки). И поэтому Беларусь должна остаться частью Европы. И то же самое касается Украины.
Я считаю, что сейчас очень интересный момент, потому что предпринимаются все усилия, чтобы изолировать Украину от основной группы. Надо сказать, что для этого есть не только субьективные, но и обьективные внутриукраинские причины. Это не очень хорошо, потому что это может быть катастрофа для страны. На самом деле есть еще один игрок, кроме Европы, который в этом очень заинтересован. Поэтому мы должны все сделать для того, чтобы Украину ни в коем случае не изолировать.(…) Но здесь важно слушать молодежь страны – что она говорит и куда хочет. Потому что именно так и будет в будущем.
Почему Грузия не смотря ни на что продвигается? Потому что это страна молодежи. Почему это страна молодежи? Потому что я самый старый представитель не только грузинского правительства, но и всего государственного аппарата. Нет ни одного госслужащего в Грузии, который старше меня. Основная часть госслужащих - это ближе к 27-30 годам. У нас нескольким министрам меньше 30 лет. Почему это очень важно? Потому что я был на 5-м курсе университета, когда Советский Союз распался. Я помню Советский Союз, но я не работал при нем. Это было ужасно, мерзко, отвратительно. Это все было основано на лжи. Чем ты был тупее и посредственнее, тем больше ты делал карьеру. Талантливых не любили!».
Лицо при этом остается очень сосредоточенное и видно, что он предельно откровенен и это его позиция. Позиция человека пережившего это и осознавшего, чего он хочет для своей страны:
«Мы строим общество, основанное на демократии. То есть, чем человек талантливее и умнее, чем больше он работает, тем больше он делает карьеру. Грузия сейчас в такой ситуации, что мы находимся в состоянии войны с во сто раз большим соседом. Они устраивают теракты, они воюют против нас, они не признают наши границы, они не признают даже соглашение, которое было подписано раньше. То есть это ситуация в состоянии войны. Ситуация с одной стороны выглядит очень сложной».
Президент Саакашвили энергично взлохмачивает шевелюру волос. В волосах седина. И это только еще раз подчеркивает, что реформы, еврооптимизм не дались легко ни стране, ни ему лично:
«Но, с другой стороны, в отличие от Украины, мы вообще не зависим от России. Ноль. Раньше мы импортировали 100% энергоносителей. Теперь мы не зависим от их импорта - нулевая зависимость. И это благодаря нашим решительным действиям в гидроэнергетике, в развитии альтернативных источников энергии.
Если вы спросите: от чего это зависит в первую очередь? Я отвечу – от того, что в Грузии управляет молодежь. 90% наших бизнесменов – молодые. Наши хорошие бизнесмены все молодые. Мне было 35 лет, когда я стал президентом… И у нас за все 6 лет положительный баланс миграции - больше людей возвращается, чем уезжает. Более богатая, более образованная часть Грузии, молодежь, возвращается обратно. Это и есть отношение к будущему. И в этом смысле, когда я говорю о нашем месте в Европе и о том, что мы вчера делали там, были большие споры и об Украине и о Беларуси, что они не понимают, что там за поворотом. Конечно, можно сказать, что нам наплевать, и давайте думать только о Грузии в Евросоюзе, а что будет с Украиной – нам все-равно. Нет, нам не все-равно! И мы прекрасно понимаем, какие идут выборы, и какие идут вызовы, какие отношения происходят. В этом смысле мы обречены на сотрудничество с Украиной, что бы там не было».
Эффект грузинских реформ прежде всего почувствовали простые люди. Именно они и любят, и поддерживают своего президента. Они надеятся и верят, и реально получили возможность управлять своим государством:
«Никто из моих соратников со мной не связан ни родственными узами, ни одноклассниками моими не были, ни в одном городе или деревне со мной не жили. Должности в государственном аппарате занимаются по конкурсу. Любой может подать свое резюме и принять участие в конкурсе. У нас очень разношерстное правительство. В основном - это люди из бедных сельских и еще немного пригородных семей. Ничего общего у них нет, кроме желания что-то делать в этой жизни. И это разные люди. У нас в правительстве есть и православне, и католики, и осетины. Я их не делю. То есть это не имеет значения. Демократия основана на том, что ты всего достигаешь своим трудом. Не тем, кто был твоим отцом или дедом».
И если весь разговор был практически беспристрастным дипломатом, то в следующем фрагменте он все же выдал себя – все-таки - грузин:
«В Грузии всегда управляли люди оттуда!», - президент взмахнул злобно рукой в сторону темнеющего и одновременно ярко освещенного Тбилиси. В сторону, куда он показывал, ему не хотелось даже поворачиваться. Видно было, что обида на эту «часть Грузии» накопилась годами и сегодня продолжает болеть не заживающей раной. Хотя это могут быть и мои досужие домыслы, за которые приношу извинения. Президент на минуту отвлекся и продолжил, - «Центр Тбилиси - вот отсюда простирается туда на север, с севера на запад. Одни и те же люди. 150 тысяч человек там живет. Всегда последние 100 лет только они имели деньги, только они имели все. Кто бы там ни был – то ли Османская империя, то ли Российская империя, то ли Советский Союз, то ли независимая Грузия, - они были главными. Только они поступали в университеты. Только они ездили на хороших машинах. Когда в Грузии не было электричества – только в этом районе оно было всегда. Только там были хорошие дороги».
Михаил Саакашвили еще раз с досадой оглянулся на ту часть Тбилиси, которая жила хорошо всегда:
«Мы, конечно, их не будем никуда ссылать, у нас Сибири нет, и лагерей мы не строили».
И откровенно, на фоне нового стиля Администрации и роскошно сверкающей теперь всеми европейскими огнями столицы Грузии было очень удивительно осознавать:
«Надо понимать, что мы сделали социальную революцию. В Грузии тогда был полный криминалитет. Сейчас в Грузии совсем по-другому! Когда я стал президентом - 50 машин угоняли в день, а в прошлом году – 2 машины. В прошлом году у нас было всего 2 или 3 убийства в Тбилиси. Когда я стал Президентом, то в Тбилиси убивали 2-3 человека в день.
Сегодня мы строим самую безопасную страну, чтобы туристы, приезжая к нам, ничего не боялись. Если посмотреть на коррупцию, то 98 % грузинов 6 лет тому назад в опросах говорили, что они имели дело с коррупцией. Сейчас это 0,2%. Последние 3 месяца у нас самая быстрая таможенная процедура в мире. И это не просто так. Вот, допустим, мы несколько раз меняли таможенный состав, но ничего не помогало. Мы сделали новый состав и сказали: вот все компьютеризировано и максимальное время оформления 7 минут. Если это будет час – вы просто увольняетесь и все.
У нас был один очень значительный мировой лидер, и я ему показал терминал. Он говорит: «А кто у вас будет работать»? А мы сказали, что это будут девушки, которые будут говорить по-русски, по-английски, по-турецки. Тут все компьютеризировано. Больше функций тут нет. Так что если не получается, надо рвать всю систему и все. И в этом смысле это сложно давалось, потому что мы считали всегда и сейчас считаем, что надо все время что-то новое искать. И когда даже что-то не получается, надо ради этого все поменять. Потому что иначе не получится. Главное, что все время надо что-то менять, потому что как только становитесь чем-то довольными или не дай Бог самодовольными, то конец. Все. Это демократия, и людям надо постоянно что-то новое давать, новое обещать и выполнять эти обещания, что очень важно. Так что в этом смысле это очень творческий процесс.
У нас стойкая и стабильная правительственная команда. Стабильная потому, что каждый из нас из 100, 200, 500 человек, которые здесь, считает, что он главный. Нет одного главного и начальника. Все главные, все важные, все популярные. Все могут на меня кричать, обзывать меня словами. И это я очень ценю. Ненавижу подхалимов. Когда человек подхалимничает, он обязательно кого-то унижает. Этот человек вставит первым вам в спину нож. Лучше те, кто бесцеремонны и иногда невежественны. Те лучше всегда. И в правительственном деле, и в корпоративном, в любом. И как раз этих людей я сохранил. А те все, кто были подхалимами, они все куда-то разбежались».
Несмотря на то, что мы разговаривали в маленькой стране, но ощущалось, что вокруг кипит «большая геополитика». И благодаря этому человеку, ты находишься в некой воронке событий и страстей, но он мирно и умиртворенно с достоинством давал советы дальше:
«У меня есть такая точка зрения, что человек должен научиться делать что-то, знать, как это делать, уметь это делать. При этом, если он не умеет менять свои убеждения, растягивать свои убеждения, быть быстрым, гибким – то от этого зависят результаты. Молодежь быстрее сейчас адоптируется.
Мне недавно попалась под руки книга, которую я написал в 1999 году. С тех пор фундаментально мои взгляды не поменялись. Но надо все время учиться. В прошлом году я научился пилотировать самолет и очень этим горжусь. В этом году я научился управлять глубоководным батискафом, но я ничего не нашел. Надо все время что-то новое изучать – сейчас пытаюсь изучить турецкий язык. Все время ты что-то делаешь и все время надо быть в форме».
Президент Грузии, несмотря на поздний час, собирался в этот же день в Батуми:
«Очень люблю там бывать. Там что-то открывается каждую неделю. Батуми – это совершенно другой мир. Я ничего не преувеличиваю, когда говорю, что этот город через 4 года будет выглядеть как Сингапур. Сейчас там стоится очень много зданий выше 50 этажей. Это ни на что больше не похоже. Чудо заключается в том, что там у нас нет нефти и газа, но выглядеть это будет как Дубаи, как Абу-Даби, даже может в какой-то степени лучше. И это все частное предпринимательство. Туда вкладывается около 7-8 млрд. долларов и в течение 5-6 лет мы большую часть сделаем. Есть хороший менеджмент и все очень честно. Не очень много, но какие то там тоже есть инвестиции. Там есть даже индонезийцы, я не говорю уже о турках, иранцах».
Не смог удержаться Михаил Николаевич и не поговорить о России, большом соседе:
«Россия в глубоком кризисе, потому что главные реформы президента Путина новоявленного - никаких реформ, никаких реформ и точка. Очень не долго это продержится. С такой платформой никто еще долго не продерживался. Даже если это самая успешная страна, ты все-равно должен делать реформы. Мир – это конкуренция, а конкуренция – это реформы.
Мне очень понравился один вопрос президенту от одного из выпускников kmbs: «Относительно реформ. Хочу коснуться Вашего личностного участия, о том как это было не просто и как болезненно. Путь реформ – это всегда путь ошибок и компромиссов. И в то же самое время в одном из интервью вы говорите: «Я очень сильно сожалею обо всех компромиссах, потому что каждый компромисс вышел боком». Мы сталкиваемся с этим ежедневно или по крайней мере часто в нашей жизни. Вы можете привести пример того самого компромисса, о котором вы очень сожалеете?
Михаил Саакашвили: Ну очень много. Пенсионная реформа, например. Тогда, 6 лет тому назад, мне было бы намного проще с самого начала сказать людям, что нет никаких средств, что есть просто Пенсионный Фонд и надо каждому самостоятельно думать, как решать вопрос с пенсией. Много таких реформ было. Так не получится, чтобы вначале думать, что ты можешь тех обидеть, потом тех обидеть. Так лучше уж всех сразу. Я по натуре не злой человек, но иногда надо быть очень-очень жестким».
В этот момент лицо Саакашвили за все время беседы реально стало суровое. И очень легко поверилось, что этот человек умеет быть жестким и решительным если надо. В такие моменты, если честно, я вспоминал не эпизод с галстуком, над которым все потешались, когда вспоминали о Саакашвили. Почему-то мне врезался в память Саакашвили, вбежавший в зал парламента и отчаянно колошмативший розой по трибуне и что-то громко кричав! Не знаю почему, но именно этот кадр всплыл в моей памяти. В стеклянном, теплом, светлом, ярко освещанном помещании было сложно найти аналогию с темными улицами и полутемным парламентом, но… зацепил еще один вопрос:
«На самом деле Грузия сегодня на пике популярности в Украине, десятки вопросов, которые условно можно объединить: Отбор команды. Кто занимается отбором ? Как они работают? Есть какая-то база? Какой-то президентский резерв? Как это происходит?»
Михаил Саакашвили: «Во-первых, я еще раз скажу, здесь, в Грузии, я - самый взрослый государственный служищий. Это я знаю точно. Все остальные моложе меня. Во-вторых у нас есть открытые конкурсы во все ведомства у министерств. Мы приучаем наше общество, что если участововать в конкурсах, то у тебя есть шанс. В образовании также общие экзамены. Потом конкурс, чтобы в университет попасть. Потом конкурс в министерство. Многих людей мы набираем по конкурсу.
Вообще нам очень повезло в связи с тем, что мы проводим радикальные реформы в обществе - практически все талантливые люди, и я это не преувеличиваю, во всех сферах и это даже в искусстве, музыке, в кино, в спорте, все вовлечены. Потому что талантливые люди всегда могли меняться, а менять надо все. Нам повезло, что все талантливые люди на нашей стороне. Поэтому это чисто антропология сейчас в Грузии. Это не вопрос оппозиции и правительства. Правительство делится на тех, кто сегодня талантлив и может что-то делать, и на тех, кто делать ничего не может, поэтому они ворчат и недовольны, потому что они чувствуют, что они не находят себе места вот в этом новом движении. И в этом смысле, кто более талантлив – тот наш.
Сегодня мы много делаем, чтобы изменить нашу систему образования. Почти каждый школьник изучает английский, каждый школьник получает компьютер. Мы сейчас разрабатываем с американцами новую технологическую школу на 400 млн. дол. То есть на всех уровнях постоянно происходит что-то новое. Естественно, что это привлекает лучших людей. Любая страна, которая нуждается в реформах, сможет это сделать.
Хуже чем у нас быть не могло. 60% воров в законе в России жили в Грузии. В Грузии люди перестали работать, были достаточно циничным народом. И, поскольку, хуже не могло быть - все начали что-то делать и вытаскивать себя из болота. Но в любом случае, когда есть много чего делать, если взять инициативу в свои руки, то люди сбегутся со всех сторон и будут в этом участвовать. Поэтому контроль партийный, тем более клановый, невозможен. Есть просто желание, что вот, ребята, мы хотим делать что-то хорошее – давайте вместе будем делать.
У нас всех, кого я позвал, пошли в политику. Даже сегодня, к сожалению, у нас когда государство что-то делает - это намного эффективнее, чем частный сектор. К сожалению, не все люди готовы действовать самостоятельно. Это надо срочно менять. Частный сектор должен научиться двигаться быстрее.»
Я несколько раз ловил себя на мысли, что так говорить мог Владимир Ульянов (Ленин). И словно на машине времени появилась возможность перенестись на сотню лет и почувствовать дух молодого революционного правительства. И даже если у них не хватит опыта, они считают, что вытянут за счет энтузиазма и времени. И хотя я понимал, что Саакашвили проводит либеральные реформы, то есть полная противоположность социалистическим трансформациям большевиков, но тем не менее тот азарт, напор, образ революционера, уставшего, но довольного результатами:
Михаил Саакашвили: «Это была временная ситуация, основанная на какой-то синергии, идеализме, иногда даже истерике, что все надо сделать быстро. Не спать ночами. Что ничего другого вообще не существует, кроме работы. Вот только это временная ситуация. Долгосрочная работа предполагает, чтобы все размеренно было. Я вот завидовал, когда в 90-х годах приезжал в Киев. В Грузии тогда везде стреляли, было много убивств, не было электричества, дома все развалились. И когда я приезжал в Киев, я больше всего завидовал, что люди в субботу и воскресенье ездят на дачи, а по вечерам выгуливали собак. У нас и близко ничего такого не было. В Киеве это была размеренная нормальная жизнь, и я понимал, что когда-нибудь все будет нормально. Что не может всегда быть так не нормально: или эти состарятся, или молодежь чем-то займется.
Пока что у нас революционное правительство, достаточно много молодежи и они постоянно что-то хотят менять. Это очень важно, потому что я тоже постоянно все меняю. Я даже постоянно меняю декорации в кабинете. И хоть страна у нас маленькая, но я постоянно передвигаюсь. Сегодня был в двух регионах. Интересно всегда передвигаться и что-то новое узнавать. Почему я люблю Батуми? Потому, что там каждую неделю что-то новое: новое здание, новая гостиница, новый бар. Так интересно жить, когда все постоянно крутится!
Я, например, первый раз на Западе в оказался 89-м году. Победил в конкурсе, объявленном «Комсомольской правдой» и поехал на молодежный конгресс ООН в Гааге. В пригороде голландской столицы очаровательный пляж с гостинницами. Я вообще обомлел. И вот 4 года тому назад я своей жене сказал, что давай на пару дней туда съездим. Мы поехали – там ничего не поменялось! Те же рестораны, те же отели, те же магазины. Может даже те же официанты. Как же так жить? 20 лет смотреть на одно и то же!? С ума можно сойти. Поэтому я считаю, что Европа гораздо меньше изменяется. Когда все меняется - это удивительная эпоха…
У нас сегодня больше возможностей строить и рализовывать новые идеи. Мы в Грузии за последние 5-6 лет построили 4-5 новых городов. Сейчас строим почти новый город Боде. И сейчас строим новый Тбилиси. Вот сейчас делаем новый центр Тбилиси, который совершенно отличный от остального города. Арабы уже построили самый большой торговый центр в Европе - это хорошее начало. Поэтому всегда надо что-то новое находить. Мы переводим парламент в Кутаиси. Мы перевели Конституционный Суд в Батуми. Батуми становится вторым городом в Грузии - гораздо более качественный, чем Тбилиси: новые школы, новые места. И все время надо что-то придумывать. И пока ты в форме, пока ты можешь придумывать что-то новое – значит, мы молодые и все хорошо. Как только на одном месте остановимся и будем просто так наслаждаться – ничего хорошего не будет».
Вопрос выпускницы kmbs Оксаны Денищук о том, какие три желания попросил бы у Золотой рыбки, если бы поймал, настроил президента на романтический лад:
Михаил Саакашвили: «А Золотая рыбка похожа на всех красивых девушек Украины (смеется)? Если серьезно, Вы знаете, кроме того, что моя страна должна быть в целости и без этого идиотизма, ничего. Знаете, когда у нас 500 тысяч беженцев и когда от своих же домов охраняют русские войска… Люди смотрят и не могут попасть в свои дома на Черноморском побережье. 500 тысяч человек не пускают в свои дома, потому что кто-то решил, что это больше не их дома».
Но отвлекшись от грустных дум, которые только что вызвали упоминания о беженцах, Михо переключился:
«Кроме того, я люблю красивые здания. Я бы хотел 200-этажное здание. Кстати, архитектура имеет очень важное значение, потому что красивые здания меняют восприятие мира. Я, например, смотрел недавно кадры из революции роз. И первая реакция одновременно у меня и у моего помощника, который сейчас просто журналистикой занимается: что, черно-белые кадры тогда только были? Потому что люди одеты были во все черное. И вообще улицы были какие-то темные. Сейчас люди одеваются в основном в цветное, особенно молодежь. А здания – это то, как ты одеваешь страну. Красивые и особеннно прозрачные здания меняют психологию людейвнутри и снаружи. Знаете, когда 2 года тому назад центральную часть Тбилиси бомбили, в том числе и здания, я перебрался на дни войны в Министерство Внутренних Дел. Спустя 2 месяца я не хотел оттуда уходить. Там сидишь в стеклянном кабинете и отдыхаешь. Совершенно другая психология человека, чем в тяжелых дубовых стенах. И я ничего не преувеличиваю. Стараюсь всегда что-то красивое создавать вокруг. И уверен, что прозрачность меняет всю психологию.»
Вопрос: «У каждого лидера, наверняка, есть какие- то определяющие определенные качества, способности, которые отличают его от других людей. Поэтому у меня собственно вопрос, какие может быть три основные качества, Вы больше всего цените в себе и может быть 3 качества, которые Вы цените в ближайшем своем соратнике?
Михаил Саакашвили: «В себе вообще никаких качеств не ценю и это без преувеличения. Как только ты становишься самодовольным, прекращается результат. Надо оставаться недовольным
В людях я ценю то же, что и другие - порядочность, смелость, талантливость, открытость, оперативность. Терпеть не могу сонных людей, которые стоят и не знают, как реагировать, думают, как бы чего не вышло или думают – «моя хата с краю и я ничего не знаю». Человек должен быть впереди всех событий, в гуще, создавать, что-то делать. Я же говорю, что в нашем случае – это постоянная борьба за выживание. Ничего не гарантирую, потому что каждый день может быть последним днем. Поэтому надо иногда из личных удовольствий что-то отдать. Это как серфинг – ты иможеш быть «на волне», но иногда вода может и накрыть. Но даже если и накроет, то всегда можно выбраться. Всегда, все время как серфинг. Как только ты потеряешь это чувство – это начало конца».
Еще один вопрос: «Господин президент, впечатляет молодой возраст Вашей команды.. и если заглянуть в будущее?»
Михаил Саакашвили: «Это совсем другое поколение… В Грузии у этого правительства по всем вопросам сидит молодежь от 18 до 25 лет - 80% стабильная поддержка. Это революция менталитета. Что будет через 20 лет – я не знаю. Наверное, с одной стороны, политика чуть-чуть постареет, потому что поколение, которое сейчас создает эту страну все-равно сохранится. Но с другой стороны, поскольку сейчас идет полная интернетизация, никто ничего не может предугадать. Через 20 лет может вообще какие-то менталитеты поменяются внутри самой страны. Я даже не могу ничего предсказывать.
Мы - маленькая страна, мы не можем себе много позволить, но обязательно, чтобы был английский язык известен каждому. Еще лучше, чтобы это будет и русский, турецкий, а еще лучше – и китайський, и другие языки. И это очень пропагандируется. В правительстве у нас практически нет ни одного министра, который бы не говорил на каком-то иностранном языке.»
Выращиваете ли вы себе приемника, потому что лидерство предполагает приемничество?
Михаил Саакашвили: «Нет, не выращиваю. Потому что выращивают всегда что-то в теплице, а то, что выращено в теплице - всегда гораздо менее вкусно, чем то, что выросло в природе. Я думаю, что одного лидера не будет. И сейчас нет одного лидера. Внутри Грузии лидерство очень диверсификационно».
Мы видим, что мировая политика на самом деле становится все более глобальной и представим, что Вас пригласили как менеджера в Украину. Какие бы три первых действия Вы бы предприняли в этой ситуации?
Михаил Саакашвили: «Не задумывался над этим. Хотя мне не безразлично, что будет с Украиной. Я думаю, что сейчас главное – разграничить интересы в частном бизнесе от политики. Без этого нельзя дальше двигаться. Если разграничить богатство и власть, то можно двигаться вперед, по-другому не получится - это начало для любой из успешных реформ.
Во-вторых, важен заказ общества. В Украине он точно есть - это совершенно очевидно. И я бы не хотел, чтобы Украина была как белка в колесе - уже люди озвучили, что все надо менять. Сегодняшнее правительство это прекрасно понимает. Есть много внутренних сложностей, но все же, в конце концов, о реформах, о которых я говорю, они должны быть обязательно сделаны властью, но с опорой на то, что должны иметь поддержку народа. Надеяться на то, чтобы идти с непопулярной реформой - это глупо. На самом деле каждая хорошая реформа популярна. Если она непопулярна – то это проблема, как ее объяснить. Реформа – это изменения, а изменения надо объяснять. Из-под тишка ничего не получится.
И теперь, поскольку мне надо уезжать, я предлагаю вам положительный аспект – посмотреть на ночной Тбилиси!».
И с гордостью президент развернулся в сторону огней города. Потом, поймав наши увлеченные глаза огнями ночного города, быстро попрощался и решительно быстро «нырнул» в открывшуюся почти потайную боковую дверь.
Ночной Тбилиси впечатляет. Город, в котором еще 10 лет назад электричество было 2 часа в день – утопает в огнях. Каскад освещенных фонтанов около Администрации Президента. Поющие световые фонтаны! Супер свет, супер звук! Светящаяся телевизионная вышка! Колесо обозрения! Тысячи огней!
Мост дружбы – стеклянный светящийся через Куру. Все это дает понимание чуда реформ и воли к изменениям!
Мост Дружбы, Тбилиси
Фото: interfax.com.ua, obozrevatel.com, thephilanews.com, uahorses.com
Фото
Відео
